Про «адвоката дьявола» слышали все. Так называют человека, который нарочно защищает заведомо слабую или неприятную позицию — чтобы проверить чужие доводы на прочность. Но у этой фигуры был напарник. Полная противоположность. И звали его — адвокат Божий. Сегодня это выражение почти забыто, хотя без него первое просто не имеет смысла: они были придуманы вместе, как две чаши одних весов.



Латинский первоисточник



По-латыни это advocatus Dei — «защитник Бога». Официальное название должности звучало иначе: postulator causae, то есть «ходатай по делу». Его антипод именовался promotor fidei — «блюститель веры», и именно его в народе прозвали адвокатом дьявола.



Оба были участниками одной процедуры — процесса канонизации, то есть причисления умершего человека к лику святых в Католической церкви. Это была именно судебная процедура, со всей строгостью юридического формата: истец, ответчик, доказательства, свидетели, протоколы. Только судили не преступника. Судили — святость.



Как это работало



Процедуру в её строгом виде оформил папа Сикст V в 1587 году, учредив Конгрегацию обрядов. С этого момента объявить кого-то святым «по общему согласию» стало нельзя. Требовался процесс.



Адвокат Божий собирал всё, что говорило в пользу кандидата: свидетельства о добродетельной жизни, записи о чудесах, показания очевидцев, письма, дневники, воспоминания. Его задачей было построить максимально прочное обвинение — точнее, максимально прочное оправдание. Доказать: этот человек действительно был свят.



Адвокат дьявола делал ровно обратное. Он искал слабые места. Проверял чудеса на предмет естественных объяснений. Выяснял, не было ли в жизни кандидата поступков, несовместимых со святостью. Задавал неудобные вопросы. Придирался к формулировкам свидетелей.



И это была не злая воля, а институт. Церковь сознательно нанимала человека, чья работа — мешать канонизации. Логика простая: если святость выдерживает профессиональную атаку, значит, она настоящая. Если рассыпается — значит, её и не было.



Пара, а не противники



Здесь важнейшая деталь, которая обычно теряется. Адвокат Божий и адвокат дьявола не были врагами. Они были коллегами, выполнявшими разные части одной работы.



Истина, по этой логике, не добывается одним человеком, каким бы честным он ни был. Она рождается из столкновения двух добросовестных, максимально сильных позиций. Один тянет в одну сторону изо всех сил, другой — в другую. Что уцелеет после этого — тому можно верить.



Это, между прочим, устройство любого нормального суда. И любого честного научного спора. Церковь XVI века просто применила его к материи, которую обычно судом не поверяют, — к вопросу о святости человека.



Конец должности



В 1983 году папа Иоанн Павел II провёл реформу канонизационного процесса. Должность блюстителя веры была фактически упразднена, состязательная процедура заменена исследовательской: теперь материалы изучает комиссия богословов, а не два противостоящих адвоката.



Результат оказался наглядным. За понтификат Иоанна Павла II канонизировали больше святых, чем за несколько предыдущих столетий вместе взятых. Критики реформы говорили именно об этом: убрали адвоката дьявола — и планка опустилась. Защитники отвечали, что научная экспертиза надёжнее судебной перепалки.



Так или иначе, адвокат Божий остался без пары. А выражение, лишившись своего смыслового противовеса, начало выцветать в русской речи.



Четыре ступени к святости



Чтобы оценить объём работы адвоката Божия, стоит взглянуть на лестницу, по которой он вёл своё дело. Ступеней было четыре, и каждая требовала отдельного доказательства.



Первая — Раб Божий. Этот титул получал всякий, чьё дело официально открыто к рассмотрению. Он не означал ничего, кроме факта: бумаги приняты, процесс начат.



Вторая — Досточтимый. До неё доходили те, чью жизнь признавали образцом добродетели в героической, то есть превосходящей обычную человеческую меру, степени. Здесь адвокату Божию приходилось доказывать не отдельный поступок, а весь строй жизни человека — по письмам, свидетельствам, привычкам, мелочам быта.



Третья — Блаженный. Для неё требовалось подтверждённое чудо, совершённое по молитве к покойному. Обычно это было исцеление, и именно здесь начиналась самая жёсткая часть спора: медицинские заключения, история болезни, мнения врачей, поиск естественного объяснения.



Четвёртая — Святой. Нужно было второе чудо, уже после причисления к блаженным.



Каждая ступень занимала годы, чаще десятилетия. Дела тянулись поколениями: постуляторы умирали, не доведя процесс до конца, и их сменяли новые.



Долгие дела



Самый известный пример растянутого процесса — Жанна д'Арк. Сожжённая в Руане в 1431 году как еретичка, она была оправдана процессом о пересмотре приговора уже в 1456-м. Но причисления к лику блаженных пришлось ждать до 1909 года, а канонизации — до 1920-го. Почти пять веков между реабилитацией и святостью.



Показательна и недавняя история. В 1999 году, при рассмотрении дела матери Терезы, Ватикан пригласил дать показания против неё британского публициста Кристофера Хитченса — автора резкой книги о её деятельности. Формально должности блюстителя веры уже не существовало, но потребность в оппоненте оказалась сильнее реформы. Хитченс потом с удовольствием называл себя адвокатом дьявола, а мать Тереза была причислена к блаженным в 2003 году и канонизирована в 2016-м.



Эпизод любопытен именно тем, что церковь, упразднив институт, всё же позвала критика со стороны. Оказалось, что без человека, готового говорить «нет», процедура чувствует себя неуверенно.



Что оно значит сегодня



В современном языке «адвокат Божий» — это человек, искренне и горячо защищающий доброе дело, правого человека, справедливую позицию. Тот, кто вступается за обиженного. Кто говорит хорошее о том, кого все ругают.



Но у выражения есть и оттенок иронии. Адвокат Божий бывает наивен. Он так убеждён в правоте своего подзащитного, что перестаёт видеть очевидное. Слишком хочет верить. И в этом смысле он менее полезен, чем его циничный напарник: слепая защита так же далека от истины, как слепое обвинение.



Поэтому фраза чаще звучит с лёгкой усмешкой: «Ну ты прямо адвокат Божий» — то есть защищаешь того, кто, может, и не заслуживает такой преданности.



Родственные выражения



Адвокат дьявола — тот, кто нарочно отстаивает противоположную точку зрения ради проверки аргументов. Прямой напарник нашего героя.



Ходатай перед Богом — в церковной традиции святой или праведник, молящийся о людях. Смысл близкий, но религиозный, без юридической подкладки.



Заступник — исконно русское слово с тем же значением: тот, кто вступается, берёт под защиту.



Стоять горой за кого-либо — защищать безоглядно, не считаясь с обстоятельствами.



Выгораживать — защищать виноватого, отводя от него обвинение. Тёмная сторона той же роли.



Зачем это помнить



История двух адвокатов — это, по сути, инструкция по мышлению. Прежде чем поверить во что-то важное, найдите себе обоих: того, кто соберёт все доводы «за», и того, кто безжалостно поищет «против». Не один за другим, а одновременно, и обоих — всерьёз.



Мы обычно нанимаем только первого. Собираем подтверждения, охотно верим удобному, обходим неприятное. И потом удивляемся, что убеждение, которое казалось несокрушимым, рассыпалось при первом же настоящем возражении.



Церковь четыреста лет назад понимала это лучше нас. Она не доверяла даже святости — пока та не пройдёт через перекрёстный допрос. И в этом недоверии было куда больше уважения к истине, чем в любом восторженном согласии.