«Хватит бить баклуши!» — кричит начальник на подчинённого. «Что ты баклуши бьёшь?» — возмущается мать, глядя на сына за компьютером. Все знают: бить баклуши — значит бездельничать. Но что такое «баклуши» и почему их нужно бить? Ответ уводит нас в мир русских ремёсел и деревянных ложек.



Что такое баклуша



Баклуша — это деревянная чурка, заготовка для вырезания ложек, мисок и другой посуды. Слово, вероятно, связано с тюркским «баклак» — сосуд. В старину на Руси деревянная посуда была основной — металлическая стоила дорого, а дерева было в избытке.



Процесс изготовления ложки состоял из двух этапов. Первый — раскалывание бревна на чурки нужного размера. Это и называлось «бить баклуши». Второй — собственно вырезание ложки из чурки. Это требовало мастерства, точного глаза и умелых рук.



А вот бить баклуши — раскалывать бревно на заготовки — мог кто угодно. Для этого не нужно было ни навыков, ни опыта. Берёшь колун, ставишь бревно — и бьёшь. Работа тупая, монотонная, не требующая никакой квалификации. Именно поэтому её поручали ученикам, подмастерьям или вообще любому бездельнику, которого нужно было чем-то занять.



Как бездельное занятие стало синонимом безделья



Превращение произошло естественно. Для настоящего мастера — ложкаря, резчика — бить баклуши было делом ниже его достоинства. Это было самое простое, самое неквалифицированное звено в цепочке производства. Примерно как сегодня для программиста — переписывать данные из одной таблицы в другую.



Постепенно выражение оторвалось от ложкарного промысла. «Бить баклуши» стало означать не «делать простую работу», а «не делать ничего полезного». Оттенок сместился от лёгкости труда к отсутствию труда.



Есть, впрочем, и альтернативная версия. Некоторые исследователи связывают баклуши с городками — русской народной игрой, где нужно выбивать деревянные чурки из очерченного квадрата. «Бить баклуши» в этом случае — значит играть вместо работы. Версия красивая, но менее подтверждённая.



Ложкарный промысел



Стоит сказать, что ложкарный промысел на Руси был делом серьёзным. Деревянные ложки производились миллионами штук. Главным центром был Семёнов в Нижегородской губернии — тот самый город, который позже прославится хохломской росписью.



Мастер-ложкарь за день мог вырезать до двухсот ложек. Это была настоящая конвейерная работа — задолго до Генри Форда. И в этом конвейере битьё баклуш было первым и самым незначительным звеном. Отсюда и пренебрежение.



Родственные выражения о лени



«Валять дурака» — бездельничать, дурачиться. Происхождение спорно: то ли от валяния тряпичных кукол-дураков (тоже лёгкая работа), то ли просто от глагола «валяться».



«Лодыря гонять» — бездельничать. «Лодырь» — от немецкого «Lodder» (бродяга) или от имени доктора Лодера, в чьей московской клинике пациенты часами гуляли «для здоровья», а слуги ждали их и маялись от безделья.



«Считать ворон» — бессмысленно смотреть по сторонам вместо работы.



«Плевать в потолок» — заниматься абсолютно ничем. Предел лени.



«Груши околачивать» — ещё один вариант бездельничанья. Трясти грушевое дерево — занятие лёгкое и бессмысленное, если груши не созрели.



Реабилитация баклушечника



А ведь если задуматься, тот, кто бил баклуши, всё-таки работал. Да, работа была простой. Да, не требовала мастерства. Но без неё не было бы заготовок — а значит, не было бы и ложек. Каждый конвейер начинается с простейшей операции, и кто-то должен её выполнять.



Может быть, настоящий бездельник — не тот, кто бьёт баклуши, а тот, кто не делает даже этого? Впрочем, язык уже вынес свой приговор. И переубедить его — задача посложнее, чем расколоть бревно.